1. Администрация форума с радостью приветствует Вас и благодарит за проявленный интерес к нашему форуму. Здесь Вы найдете множество интересных разделов и тем. Для того, чтобы в полной мере увидеть их содержание, а также свободно общаться, создавать новые темы или отвечать в созданных - Вам необходимо зарегистрироваться на Форуме. Это займет совсем немного времени, и Вы сможете быть в курсе всей предоставляемой информации.

Заоблачный фронт в Приэльбрусье "Бой за Приют Одиннадцати"

Тема в разделе "Мероприятия", создана пользователем nestor, 18 авг 2017.

  1. nestor Administrator Команда форума

    Сообщения:
    925
    Симпатии:
    3.052
    6 августа 2017 "Приют Одиннадцати" .
    Международный фестиваль "Заоблачный фронт".
    Военно - историческая реконструкция "Бой за "Приют Одиннадцати".
    Самая высокогорная в мире военно-историческая реконструкция боя.
    "Вся первая половина дня была посвящена реконструкции. Бой был скоротечным, но зато достаточно динамичным и зрелищным. Егеря глиссером (прием спуска при помощи ледоруба) скатывались с ледовой горы, две группы красноармейцев атаковали на разных высотах, в общем, все прошло неплохо.
    Стоит заметить, что данный бой не был привязан к конкретным историческим событиям, например к попытке захвата «Приюта 11» ротой Григорьянца, которая закончилась неудачей. Скорее это был бой, символизирующий победу РККА на Кавказе.
    После реконструкции знакомились и общались с отличными ребятами, альпинистами из Украины, которые угощали нас чаем с медом. И весь оставшийся день пешком спускались в базовый лагерь".
    Ссылка видна только зарегистрированным пользователям
     
    Последнее редактирование: 5 сен 2017
    Tangel и Политрук нравится это.
  2. Политрук Unterfeldwebel

    Сообщения:
    151
    Симпатии:
    858
    Род занятий:
    Разный
    Адрес:
    страны Абсурдии

    Наступление на Приют Одиннадцати (Эльбрускую гостиницу) отряда (роты) Григорьянца Гурена Агаджановича в сентябре 1942 года (свидетельства очевидцев).
    В 2012 году среди прочих останков поисковиками «Мемориал – Эльбрус» на леднике возле Приюта одиннадцати было найдено и тело c многочисленными татуировками, пистолетную кобуру, остатки портупеи и лейтенантские кубари. Из боевого донесения 214 к.п.:
    "Отряд лейтенанта Григорьянца продвигался вперед по снежному полю, был остановлен сильным ружейно-пулеметным огнем противника с командных высот в районе приюта "Одиннадцати". Натолкнувшись на огонь противника Григорьянц с ходу развернул отряд и повел в атаку, не оставив резервов. Противник сосредоточил всю массу огня по отряду, расстроив главные силы отряда. Григорьянц пренебрегая смертью с криками "Ура" "За Сталина" дважды атаковал противника продвигаясь вперед и только потеряв три четверти личного состава, залег и вел бой до 14.00 28.09. Пользуясь перевесом в живой силе и технике противнику удалось окружить остатки отряда. Трое раненых прибыло в расположение 897 ГСП. Лейтенант Григорьянц, раненый в обе ноги, остался в расположении обороны противника"
    Из воспоминаний немецкого командира Эльбрусского участка обороны майора Ханса Майера:
    « Русский командир не погиб в том бою, а был ранен и взят в плен. Командным пунктом на Эльбрусском участке. 27.09.1942 года в 17.00 получены донесения о событиях за день с опорных пунктов «Аист», «Тракторная дорога», «Кругозор», «Вершина скалы», «Чипер-Азау», «Перевал Азау» и «Перевал Хотю-Тау». Почти из всех донесений следовало, что противник в течение дня во многих местах пытался подняться из долины Баксана, но был отброшен огнем. Предполагается наступление противника. Для его заблаговременного обнаружения со всех позиций выделены посты прослушивания.
    После редкой игры красок на окружающих горах, восточной и западной вершинах Эльбруса, Донгус-Оруне и Ушбе сумерки опустились на Высокогорный Кавказ. В последних лучах закатного солнца снежные поля сверкали и переливались всеми цветами радуги.
    В 21 час внезапно по немецким позициям был открыт огонь противника, который зацепил и командный пункт, расположенный в метеорологической станции над Эльбрусской гостиницей. Сигнал тревоги был передан на все позиции и опорные пункты. На «Тракторной дороге», на «Красном плато» и на «Кругозоре» противник под прикрытием пулеметного и минометного огня приближался к нашим позициям, но залег под огнем немецких пулеметов и минометов. Казалось немыслимым, что противник ночью попытается просочиться через разломы ледника Азау.
    Следовали многократные повторения сосредоточенного огня противника по отдельным опорным пунктам, но атаки пехоты не было. Мы прекратили огонь, чтобы поберечь боеприпасы. Мы не могли себе позволить тратить патроны из-за трудностей с транспортом.
    Около 23 часов огонь противника начал стихать, а потом и совсем смолк. Я не находил покоя. Что бы мог означать этот вечерний фейерверк?
    В 4.00 в предутренних сумерках раздались немецкие пулеметные очереди из «Аистиного гнезда», самого высокого поста охранения у восточного склона Эльбруса на отметке 4800 метров.
    Тревога! Немыслимое свершилось. Ночью противник с севера поднялся по ледниковому завалу и попытался сверху обойти наши позиции у Эльбрусской гостиницы.
    Все резервы на позиции! В 200 метрах перед опорным пунктом «Гнездо Аиста» атакующий противник укрылся в расселине ледника, и достать его нашим вооружением было невозможно. Наша горная пушка образца 36 из-за небольшого расстояния на нужный угол не наводилась. Наш взвод легких пехотных орудий находился на позиции у метеостанции, имел только одно исправное орудие, да и то после первых выстрелов вышло из строя из-за поломки тормоза отката. Тем временем русские вели огонь из минометов. Где-то у них должен был находиться хороший наблюдатель, потому что мины ложились очень хорошо. Боеприпасов они не жалели. Теперь и мы открыли минометный огонь.
    Снова усилился огонь из стрелкового оружия. Советские солдаты вышли из расселины и расположились широкой цепью. Одетые в маскхалаты, они едва были различимы в утренних сумерках. Наконец рассвело. Чтобы сэкономить боеприпасы, мы прекратили огонь. Бой вели только снайперы. Как только над кромкой льда показывалась голова, с нашей стороны звучал выстрел. Мы оценили, что противника здесь было до роты. Цели его были нам не ясны, к тому же на всех других участках было спокойно. И артиллерия противника не вела огонь из долины Баксана и с седловины Донгус-Орун.
    К 5.00 наш ударный отряд, пройдя по леднику, через расселины и обрывы, зашел в тыл противнику. Атака впадины в леднике, где засели русские, была чревата большими потерями, и ее пришлось отменить. Ударный отряд получил задание отрезать противнику пути отхода. Один из русских добровольных помощников (хиви), находившихся у нас на службе, получил задание как можно ближе подобраться к русским и предложить им сдаться в плен. Но успех был незначительный. Хиви возвратился с двумя ранеными русскими. Из их допроса следовало, что нам противостоит группа опытных альпинистов из 100 человек под командованием старшего лейтенанта и комиссара. Двадцать человек из них уже погибли и 20 — ранены.
    К ледниковой впадине подошел второй ударный отряд. Снова хиви потребовал у советской группы сдаться. Затем наши минометы открыли огонь по впадине. Затем последовала атака двух ударных групп. В плен было взято 57 русских. Среди них был командир — старший лейтенант, до войны работавший проводником на Эльбрусе. Его ранил комиссар. Сам же комиссар покончил жизнь самоубийством перед атакой немцев, так как понял безвыходность положения.
    Задача группы противника состояла в том, чтобы овладеть Эльбрусской гостиницей. В течение трех ночей она с севера поднималась на восточную вершину Эльбруса, дни пережидала в расселинах и разломах. Ее солдаты были вооружены автоматическим оружием.
    Атака на Эльбрусскую гостиницу должна была начаться 27 сентября в 23.00. Однако непредвиденные трудности при переходе через ледниковый разлом настолько замедлили продвижение, что атаку удалось начать только 28 сентября в 4.00.
    Во второй половине дня над немецкими позициями начали кружить советские самолеты, тщетно искавшие свою боевую группу. Над метеостанцией продолжал развеваться немецкий флаг».
    ____________________________________________________________________________

    Из воспоминаний В.Ф.Кудинова («Эльбрусская летопись» Книжное издательство «Эльбрус», 1976)
    «...в Нальчике стало известно, что район Эльбруса заняли гитлеровские егеря, проникшие туда со стороны Западного Кавказа через перевал Хотю-тау. Нашим командованием была создана Особая группа отрядов НКВД, чтобы совместно с воинскими частями нанести удар по гитлеровцам. Альпинистов в ее рядах было четверо — Александр Сидоренко, участник шуцбундовского восстания в Вене в 1934 году австриец Рудольф Шпицер, Виктор Ломако и я.
    В начале сентября нас собрали в балкарском селении Верхний Баксан, где перед нами выступил командир группы, подробно ознакомивший нас с военной обстановкой в Приэльбрусье. Перед отрядами он поставил задачу: перерезать коммуникации снабжения эльбрусской группировки немцев в западной части Кавказа около карачаевских селений Хурзук и Учкулан, занять «Приют одиннадцати» и, выбив немецкий гарнизон с седловины (в то время предполагали, что он там был), водрузить на вершине советский флаг.
    Для выполнения второй части задачи нашей группе, насчитывавшей 80 человек, надлежало после скрытного маршрута по Ирикскому ущелью подойти к восточной вершине Эльбруса до возможно большей высоты, затем ударить по немцам сверху в районе «Приюта одиннадцати». А двадцать два человека вместе со мной и Шпицером должны были подняться по крутым обледенелым склонам на восточную вершину, водрузить там флаг, спуститься на седловину и уничтожить немецкий гарнизон, если он там находится.
    Следует отметить, что наша группа была не альпинистская. На изучение «азов альпинизма» отвели всего четыре дня, и, естественно, что мы за это короткое время не могли обучить сложной технике восхождения 80 человек. Со снаряжением обстояло очень плохо — у нас имелось несколько спальных мешков, веревок, ледорубов и кошек. Специальных альпинистских ботинок у бойцов не было, как не было и ни одной палатки. Буквально в последний момент удалось обуть их в валенки и пошить из простыней маскировочные халаты.
    И вот в два часа ночи 11 сентября мы приступили к выполнению поставленной задачи. Имея лишь легкое вооружение, выступили из селения Эльбрус в верховья Ирикского ущелья. Передвигались ночами, днем укрываясь в скалах, было очень холодно — надвигалась эльбрусская зима. Нередко где-то рядом раздавались пулеметные и автоматные очереди, тогда марш прерывали и изготавливались бою. На Ирикском леднике путь стал несравненно труднее, на нем много трещин, а в нашем отряде никто не имел о них представления. Впереди идет Сидоренко, прощупывая ледорубом каждый метр пути, за ним по его следам идут остальные. Часто приходится перебираться через трещины по доскам, которые мы предусмотрительно взяли внизу перед выходом.
    Вот достигнута заданная высота — 4200 метров. Сильный мороз, все заиндевели. Рассветает. Последняя дневка — сегодня в ночь предстоит решающий бросок для завершения задуманной операции. Бойцы, усталые, валятся в снег под скалами, но спать нельзя, можно только дремать. Я, Сидоренко и Шпицер ходим от одного бойца к другому и расталкиваем их — ведь глубокий сон это верная смерть от замерзания. Стемнело. Наступила решающая минута — подъем и подготовка к последнему броску. Но все планы сорвал разразившийся той ночью сильный снежный буран, заставший нас на ледовых полях с бесчисленным множеством трещин. К утру командир отряда капитан Юрченко отдал приказ об отходе и возвращении в Баксанское ущелье. Иначе бы нас всех ждала неминуемая гибель...»
    ________________________________________________________________________________

    Из воспоминаний офицера РККА:
    «Следующим этапом являлось наступление на «Приют Одиннадцати». Задача эта была, как уже говорилось, крайне трудной. К тому же ее осложняла начавшаяся непогода.
    Взвесив все это, командование приказало попытаться зайти с фланга на эту базу, подняться выше ее со стороны ущелья реки Ирик и прислало для этого отряд майора И. А. Церетели. В состав этого отряда вошли проводники-альпинисты А. Сидоренко, В. Кухтин и Н. Маринец.
    Старший лейтенант Максимов
    опять должен был вести своих бойцов на «Приют Одиннадцати» прямо от «Ледовой базы». Совместные действия двух этих отрядов намечалось начать 16 сентября, но этого не произошло: отряд, двигавшийся по ущелью Ирик, поднявшись до снежных склонов, был застигнут бураном и вернулся в Баксанское ущелье.
    26 сентября лейтенант Григорьянц с группой разведчиков попытался с «Ледовой базы» приблизиться к «Приюту Одиннадцати», чтобы уточнить расположение огневых точек. Но егеря рано обнаружили разведчиков. Тяжело раненный, лейтенант предпочел плену смерть... Во время перестрелки был ранен и старший лейтенант Максимов, отряд которого пытался помочь разведчикам...
    А суровая осень в высокогорье вступила в свои права. Приближалась трудная эльбрусская зима. Активные действия с обеих сторон в этом районе прекратились.
    База «Приют Одиннадцати», перевалы Чипер-Азау и Хотю-тау так пока и оставались у противника. Время от времени фашисты повторяли попытки спуститься на поляну Азау и получали отпор. Для уничтожения же всех вражеских частей на Эльбрусе необходимых условий еще не было.
    По некоторым данным отряд Григорьянца был численностью от 80 до 120 человек. Списков отряда никогда не было. Сам Григорьянц до войны работал дамским парикмахером. Он его солдаты не имели ни воинского образования, ни альпинистской подготовки. С ночи на плато опустился туман. Но когда рота подошла метров на 100 к «Приюту 11» он рассеялся. Вся рота осталась там.
    ____________________________________________________________________________________________________

    Из книги доктора исторических наук Кази-Магомет Алиева «В зоне «Эдельвейса»
    Пленных накормили, оказали помощь и отправили вниз в район карачаевских аулов Хузрук и Учкулан. Тяжело раненых расстреляли. Раненый командир отряда лечился в немецком госпитале районного центра Микоян-Шахара, но умер и был похоронен на местном кладбище.
    А.М. Гусев в своей книге «Эльбрус в огне» (М., 1961 г.):О подъеме на Эльбрус в феврале 1943 года «Вышли мы налегке только у Петросова кинокамера, штатив, да ещё запас киноплёнки. Он новичок в горах, а потому несём его груз по очереди. Кроме того, силы нашего оператора надо беречь: на вершине он должен снимать все события. Да и теперь Петросов пытается снимать отдельные этапы восхождения, а это очень нелегко в такой обстановке. Меня удивляет его упорство и выносливость. Сейчас каждое лишнее движение в тягость, а он выходит из строя цепочки на верёвке, чтобы не сорваться, и снимает, замерзая и задыхаясь. Н. Петросов не хуже нас понимает, что поход, в котором и он принимает участие – событие историческое, и каждый кадр будет уникальным».
    ______________________________________________________________________________
    Источники во многом противоречивы, но при их анализе и составлении почасовой хронологии событий в районе «Приюта Одиннадцати» в августе – сентябре 1942 года, эти противоречия объяснимы, потому что постоянно находится на Приюте Одиннадцати (отметка 4200 метров) без питания и отопления было физически не возможно, точно также и на других высокогорных опорных пунктах. Также атаковали немцев на этом участке обороны не только стрелковые отряды РККА, но и как минимум три отряда НКВД с инструкторами-альпинистами которые не раз до войны поднимались на Эльбрус.
    гии событий в районе «Приюта Одиннадцати» в августе – сентябре 1942 года, эти противоречия объяснимы, потому что постоянно находится на Приюте Одиннадцати (отметка 4200 метров) без питания и отопления было физически не возможно, точно также и на других высокогорных опорных пунктах. Также атаковали немцев на этом участке обороны не только стрелковые отряды РККА, но и как минимум три отряда НКВД с инструкторами-альпинистами которые не раз до войны поднимались на Эльбрус.
     
    nestor и Tangel нравится это.
  3. nestor Administrator Команда форума

    Сообщения:
    925
    Симпатии:
    3.052
    Побывав на Кавказе, участвуя в международном фестивале "Заоблачный фронт" на местах боев 1942-1943 гг., попытался систематизировать информацию из разных ранее изученных источников.
    Получилась следующая:
    "Хроника боевых действий на Кавказе в 1942-1943 годах"
    июнь 1942 года на метеостанцию «Приют девяти» поступило распоряжение с г.Пятигорска о временном прекращении метеоработ и о подготовке имущества к возможной эвакуации.
    начало августа 1942 года немцы заняли г.Пятигорск.
    15 августа 1942 года передовые подразделения 1-й горно-стрелковой дивизии (1 G.D.) «Эдельвейс» генерала Хуберта Ланца захватили Клухорский перевал западнее Эльбруса.
    15 августа 1942 года 99-й отряд полка (99 GJR) этой дивизии, под командованием капитана Хайнца Грота, вышел к перевалу Хотю-Тау, расположенному на горной перемычке, которая соединяет Эльбрус с Главным Кавказским хребтом. Отсутствие в этом месте советских частей позволило немецким горным стрелкам беспрепятственно подняться на высоту 3546 м.
    17 августа 1942 года утро на Эльбрусскую метеостанцию Северо-Кавказского бюро погоды (г.Пятигорск) возле «Приюта Одиннадцати» где находились начальник метеостанции Алеша Ковалев, его супруга Зоя Ковалева и радист Яша Кучеренко поднимаются из Терскола группа советских солдат –разведчиков, посланнных определить не занят ли приют немцами.
    17 августа 1942 года 10 часов утра в бинокли зимовщики и разведчики увидели, что на ледник Большой Азау спускается колонна людей, везущих на мулах вооружение и ящики с боеприпасами. Часть из этой колонны повернула в сторону «Приюта Одиннадцати», остальные продолжили спускаться к «Старому Кругозору».
    17 августа 1942 года 14 часов дня егеря подошли к «Приюту Одиннадцати» и установили на скалах пулеметы. Вскоре они без боя заняли расположенный на высоте 4200 метров «Приют Одиннадцати».
    17 августа 1942 года вторая половина дня зимовщики вместе с разведчиками под прикрытием густого тумана срочно уходят в сторону Терскола. К тому времени немцы занимают обе поляны «Кругозора» и идут к перевалу Чипер-Азау. Метеорологи и разведчики между скалами проходят под Кругозором и маскируясь среди балкарских кошей проскакивают через поляну Азау. Разведчики остаются на этой поляне, а метеорологи идут в Терскол чтобы сообщить о появившихся немцах.
    18 августа 1942 года немцы вышли на южные склоны Эльбруса и укрепляют захваченную турбазу «Кругозор». Перевал Хотю-тау был ими перейменован в перевал Конрада и стал главной базой немцев в Приэльбрусье с которой они начали разведку по склонам восточных отрогов Эльбруса параллельно Баксанскому ущелью с задачей через эти отроги со стороны пятигорья проникнуть в среднюю часть Баксанского ущелья.
    18 августа 1942 года отряд егерей захватил учебную базу ЦСКА которая находится в нескольких километрах от селения Терскол, которое обороняли 20 курсантов из Бакинского пехотного училища. Пятеро из них погибли в бою. Потеряв 12 чел. егеря отошли на склоны Эльбруса. В Терскол были присланы эскадрон кавалеристов старший лейтенант М. И. Максимов из 214-го полка 63-й кавалерийской дивизии и два взвода конвойного батальона НКВД. Общее командование частями в районе Терскола осуществлял майор П. И. Ромазов. Командный пункт оборудовали в учебной базе ЦСКА. К подступам на перевал Донгуз-Орун с юга приблизился и сам 214-й кавалерийский полк майора С. И. Степанова. Из штаба 46-й армии в 63-ю кавалерийскую дивизию прибыли альпинисты младшие лейтенанты Леонид Павлович Кельс и Юрий Николаевич Губанов. Кельса командир дивизии направил в 214-й полк под перевал Донгуз-Орун, а Губанова — на перевал Бечо. Позднее Кельса перевели в Терскол.
    Майор П. И. Ромазов с помощью Л.П. Кельса разработал план наступательных действий на склонах Эльбруса. В первую очередь было намечено выбить егерей с базы «Новый Кругозор», Опираясь на «Новый Кругозор», можно было наступать на «Ледовую базу» и далее на «Приют одиннадцати». После этого открывалась возможность для наступления на «Кругозор», а также на перевалы Хотю-Тау и Чипер-Азау. Наступать предстояло по очень сложному рельефу снизу вверх, В связи с этим планировались и фланговые удары по тропам, и заходы в тыл противника на господствующие высоты. Самым трудным являлся участок наступления на «Приют одиннадцати». Подразделениям надо было двигаться по снежным полям, где негде было укрыться от вражеского огня. Задача осложнялась еще и тем, что наступать предстояло на высоте от 3300 до 4500 метров над уровнем моря.
    19 и 20 августа 1942 года высокогорная группа капитана Грота в сильный град и пургу проводит тренировочный марш из «Приюта Одиннадцати» до отметки 5000 метров.
    20-е числа августа 1942 года принято решение создать Особую группу отрядов НКВД (очевидно по непосредственному указанию Лаврентия Берии) с помощью имеющихся тогда в войсках НКВД (сформированная из спортсменов Отдельной мотострелковой бригады особого назначения НКВД (ОМСБОН находилася под Москвой в Лосиноостровской, командир полковник В.В.Гриднев) альпинистов Александра Сидоренко, шуцбундовца Рудольфа Шпицера, Виктора Ломако, В.Ф.Кудинова, В. Кухтина, Н. Маринца, Л.С. Кромпфа, В.П.Никитина, К.В.Федоренко, Л.М.Ломако и Х.Ч.Залиханова которые вылетели на Кавказ самолетом.
    Затем туда-же отправились из ОМСБОНа шуцбундовцы альпинисты и горнолыжники Фердинанд Кропф, Франц Бергер и Густав Деберлер.
    через 5 дней из Москвы по маршруту Оренбург, Аральск, Ташкент, Красноводск выехала поездом группа альпинистов в составе: Анатолия Васильевича Багрова, Е.Белецкого, А.Кельзона, В.Сасорова, Е.Богданова и А.Калашников. Затем они на пароходе через Каспийское море добрались до Баку и далее поездом до Тбилиси в штаб 46-й армии Закавказского фронта.
    Это не Отдельные горнострелковые отряды (ОГСО), их в количестве двенадцать формировать начали только с октября 1942 г. отзывая с частей РККА всех имеющихся там альпинистов и направляя в эти отряды мобилизированных жителей горных районов, а также все что было тогда в СССР из альпинистского снаряжения.
    По приказу Берии, на Закавказский фронт направляются также альпинисты со всей Красной Армии. Вместе с полками НКВД на оборону перевалов бросили сводные батальоны 1-го и 2-го Тбилисских и Сухумского пехотных училищ и отряды моряков-добровольцев. Берии удалось даже добиться отмены личного запрета Сталина на призыв в армию горцев-сванов, которым «вождь и отец всех народов» не доверял: многие из них стали проводниками и разведчиками.
    В августе 1942 в отряде НКВД (из Особой группы) где инструктором-альпинистом был В.Кухтин имелось «несколько спальных мешков, веревок, ледорубов и кошек. Специальных альпинистских ботинок у бойцов не было, как не было и ни одной палатки».
    Создаётся «Группа 80» в группу отобрают наиболее крепких и выносливых бойцов. Однако, не все они имели альпинистскую подготовку, да и альпинистское снаряжение оставляло желать лучшее. Буквально в последний момент удалось обуть всех в валенки и пошить из простыней маскировочные халаты. Командиром группы был назначен капитан А.Юрченко из 8-го моторизированного полка НКВД. Главным проводником группы стал известный альпинист бывший начальник альпинистского лагеря «Рот-фронт» Александр Сидоренко. Он вскрыл склады и раздал солдатам всё, что было необходимо. В состав этой группы также вошли нальчикская альпинистка Любов Кропф и австрийский коммунист, участник шуцбундовского восстания 1934 года в Вене Руди Шпицер.
    В Вехнем Баксане В.Кухтину и Рудольфу (Руди) Шпицеру с группой из 20 бойцов поставили задачу выбив немецкий гарнизон с седловины Эльбруса (в то время предполагали, что он там был), и водрузить на его Восточной вершине советский флаг. После этого, спускаясь с седловины группа В.Кухтина и Р.Шпицера должна была соединиться с находящейся ниже группой из 80 бойцов (с инструктором-альпинистом Александром Сидоренко) и выбить немцев из Приюта Одиннадцати.
    20-е числа августа 1942 года разведчики 63-ю кавалерийской дивизии под командованием лейтенанта И.Г. Григорьянца проводили разведку базы «Кругозор». Леонид Кельс экипировав свой отряд альпинистским снаряжением направился на перевал Басса. В центр Сванетии – село Местия- прибыл отряд в 100 человек из состава 25-го полка внутренных войск. Командовал им мл.лейтенант Гришилов.
    21 августа 1943 года утро первое восхождение высокогорной группы егерей (6 связок по 3 человека, из них 4 – из 4-й Горноегерской дивизии «Энзиан» (4 G.D.), остальные – из 1-й Горноегерской дивизии «Эдельвейс» (1. G.D.) 49-го Горнострелкового корпуса генерала Конрада) под командованием капитана Х. Грота (всего 18 человек) на высоту 5633 м (5642 м) западной вершины Эльбруса.
    21 августа 1943 года 11 часов обер-фельдфебель Кюммерле и капитан 4-й Горно-стрелковой дивизии Макс Геммерлер водрузили флаг Германии и чуть ниже вершины два треугольных штандарта 1-й и 4-й горно-стрелковых дивизий.
    24 августа 1942 года Л.П. Кельс получил от командира 214-го кавалерийского полка майора С. И. Степанова приказ выбить противника с этого перевала, откуда егеря обстреливали советские вьючные караваны, двигавшиеся по ущелью Накры из Сванетии к перевалу Донгуз-Орун, и могли выйти в тыл советских войск. Ранее предпринимавшаяся попытки выбить егерей с перевала Басса наступлением в лоб из ущелья Накры оказались неудачными.
    24 августа 1942 года утром Л.П.Кельс повел людей на перевал Басса по хребту от перевала Донгуз-Орун, чтобы оказаться выше егерей.
    24 августа 1942 года вечером отряд Л.П.Кельса, продвигаясь по хребту в сторону перевала Басса, подошел к снежной части хребта, ведущей непосредственно к перевалу. Еще перед ночевкой Кельс послал донесение в полк с просьбой начать в 11.00 демонстрацию наступления на перевал из ущелья Накры.
    25 августа 1942 года утром к 10.00 отряд Л.П.Кельса подошел к скалам, господствующим над перевалом. Видимость была плохой. Часть людей пришлось оставить для прикрытия тыла, а остальные начали подъем. Демонстрация наступления имела успех. Немцы с перевала открыли огонь по наступающим кавалеристам, но удар отряда Л.П.Кельса заставил их отступить в ущелье реки Ненскрыры. Захвачено 2 легких пулемета, автоматы и много боеприпасов.
    25 августа 1942 года к 12.00 – 14.00 на перевал Басса поднялся командир 214-го кавалерийского полка майор Степанов. Он решил оставить здесь группу своих бойцов и заминировать подступы к перевалу со стороны противника.
    25 августа 1942 года два батальона 13 и 91 из боевой группы 4 G.D. полковника Штеттнера фон Грабенхофера розбив одну роту 808-го стрелкового полка и сводный отряд НКВД заняли Санчарский перевал (перевал Санчаро 2592 м.).
    Создана Санчарская группа войск из 307-го полка 61-й стрелковой дивизии, батальонов 155-й и 51-й стрелковых бригад, 25-го пограничного полка НКВД, сводного полка НКВД и отряда 1-го Тбилисского пехотного училища.
    25 - 26 августа 1942 года Л.П.Кельс с отрядом перешел обратно в Баксанское ущелье, чтобы в дальнейшем начать действовать против егерей, засевших в базе «Новый Кругозор». Эта база находится в лощине между гребнем ущелья ледника Терскол и склонами Гара-баши. Путь от селения Терскол идет туда сначала по сосновому лесу, а затем по травянистым склонам. Выход в лощину через «Волчьи ворота» в крутых скалах узок и труден. Пройти здесь с боем крайне сложно. Л.П.Кельс знал об этом и потому решил подняться со своим отрядом прямо по склону от селения Терскол на гребень, господствующий над «Новым Кругозором».
    26 августа 1942 года отряд Л.П.Кельса вышел из Терскола на «Новый Кругозор».
    26 августа 1942 года позно вечером подстраховывая веревками друг друга альпинисты, не замеченные противником, сосредоточились на гребне над базой.
    27 августа 1942 года на рассвете спешенный эскадрон старшего лейтенанта М. И. Максимова начал подниматься по дороге к «Новому Кругозору». По сигналу начал атаку и отряд Л.П.Кельса сверху на домик «Нового Кругозора» и ворвался на территорию базы.
    27 августа 1942 года днем Кельс со своим отрядом спустился в Терскол, а спешенный эскадрон М.И. Максимова остался на «Новом Кругозоре».
    27 августа – 1 сентября 1942 года получив подкрепление отряд ст. лейтенанта М.И.Максимова попытался овладеть «Ледовой базой», расположенной на высоте 3800 метров над уровнем моря, но вынужден был отойти, убедившись, что немцы основательно укрепили эту базу и что в лоб ее не возьмешь.
    28 августа 1942 года две роты 174-го горнострелкового полка 20-й горнострелковой дивизии полковника А.П.Турчинского отразили атаки егерей на перевал Умпырский. Под Клухором находились основные силы 815-го стрелкового полка, подразделения 256-го артилерийского полка, 220-й кавалерийский полк, прибывшие для подкрепления подразделения 155-й стрелковой бригады, отряд курсантов Сухумского пехотного училища и прибывший 121-й горнострелковый полк.
    28 августа 1942 года егеря заняли высокогорное селение Псху (Абхазия) и перейменовали его в «Айнедсбах» (нем. – заброшенный источник). Немецкие саперы построили 22-метровый мост через Бзыбь и переправились через реку, но дальше существенно продвинуться встретившись с отрядом РККА в 400-500 чел. не смогли.
    В районе базы «Южная палатка» егеря обошли по склонам 815-й стрелковый полк майора А.В.Коробова, захватили мост у слияния рек и отрезали штаб от штаба дивизии.
    30 августа 1942 года генерал-фельдмаршал Лист был вызван в Винницу где Гитлер упрекнул его за то что надо было горный корпус направлять не к Эльбрусу и Сухуми, а на Туапсе. «Вы должны, - заключил Гитлер – сосредоточить усилия группы армии на трех направлениях: Новороссийск, Туапсе и Сухуми, где появились кое-какие перспективы».
    31 августа 1942 года подтянув резервы и минометы немцы потеряв 500 человек взяли Умпырский перевал, но им не удалось взять перевалы Псеашха и Аишха. На белореченском направлении егеря 207-го горнопехотного полка 97-й легкопехотной (егерской) дивизии заняли горы Абадзеш и Туба.
    23-й и 33-й полки НКВД с 379-м горнострелковым полком 20-й гсд выбили немцев с гори ущелий и ликвидировали угрозу выхода немцев к Черному морю через перевал Белореченский. Командир 4.G.D. генерал Эгельзеер приказал фон Шернеру прекратить наступление.
    Развернулись бои в районе Санчарских перевалов, через которые проходил путь в Абхазию к Гадауте и Гаграму.
    1 сентября 1942 года газета 1-й немецкой танковой армии «Панцер форан» сообщила, что отряд капитана Грота в бушующую снежную бурю водрузил на Эльбрусе военный флаг и вымпел дивизии «Эдельвейс». Показывали водружение флага и в выпусках кинохроники «Ди Дойче Вохеншау».
    2 сентября 1942 года на помощь ст. лейтенанту М. И. Максимову по указанию командира 214-го кавалерийского полка майора Степанов из Терскола к «Новому Кругозору» вновь поднялся отряд Л.Кельса. В район Терскола также поднялся из-за перевала Донгуз-Орун взвод минометчиков, имевших два 120-мм миномета под командованием мл. лейтенанта Н.А.Николаенкова. Один миномет установили в лесу возле базы ЦСКА, второй подняли на вершину Азау-Черет-Кара (3500 м.) с которой с расстояния 1,5 км. обстреливали захваченную егерями базу «Старый кругозор» расположенную на высоте 3200 м.
    3 сентября 1942 года началось наступление 394 гсд (121 гсп. майора Оршавы) на Клухорском перевале который обороняли 2-й и 3-й батальон 98-го горнострелкового полка (98 GJR) 1-й горнострелковой дивизии (1 G.D.). Эскадрон который должен был усилить наступавшую группу попал в засаду и был уничтожен. Попаданием мины в блиндаж был убит майор Оршава, начштаба полка капитан Кожемякин получил тяжелое ранение. Рота из 121 –го полка вплотную подошла к перевалу Нохар, но ночевка в горах (был снегопад и мороз до -10 ) привела к обморожению части отряда. На помощь был брошен сводный альпинисткий отряд ст.лейтенанта А.М.Гусева (30 чел).
    7 сентября 1942 года отряд Л.П.Кельса, усиленный группой разведчиков лейтенанта И.Г. Григорьянца из 63-й кавалерийской дивизии, вышел в тыл немцев по ущелью ледника Терскол. Отряд ст. лейтенанта М. И. Максимова, которому предстояло наступать по дороге, был усилен двумя стрелковыми взводами 875-го полка 242-й горнострелковой дивизии, которая в это время пришла на смену 63-й кавалерийской дивизии.
    Прибыли два отряда с батареей 76,2 мм. орудий, направленных штабом 37-й армии. Один, выделенный 392 стрелковой дивизией возглавлял лейтенант П.М.Костюк, второй состоящий из чекистов и сотрудников милиции Ставропольского края – лейтенант госбезопасности П.К.Кортунов.
    8 сентября 1942 года отряд Л. Кельса и разведчики И.Г. Григорьянца, переночевав у ледника Терскол, на следующий день осторожно двинулись вверх по морене.
    9 сентября 1942 года вторая ночевка отряда Л.П.Кельса и разведчиков И.Г.Григорьянца была в скалах над «Ледовой базой» ниже «Приюта 11» захваченного егерями.
    9 сентября 1942 года на рассвете отряд ст. лейтенанта М. И. Максимова, предварительно обстреляв «Ледовую базу» из минометов начал ее атаку и сосредоточился под прикрытием камней на близких подступах к «Ледовой базе» для решающего броска. Немцы пошли в контратаку. С тыла ударил отряд Л.Кельса. Удалось уничтожить немецких пулеметчиков, ворваться в окопы и открыть огонь по наступающей немецкой цепи. Исход боя был решен, «Ледовая база захвачена». В тот же день отряд Л.Кельса вернулся в Терскол.
    11 сентября 1942 года в 2 часа ночи эти две легковооруженных группы (всего 100 чел.) приступили к выполнению поставленной задачи. Командовал этим отрядом НКВД капитан Юрченко. Выступили из селения Эльбрус в верховье Ирикского ущелья.
    12 сентября 1942 года днем отряд НКВД капитана Юрченко укрывался в скалах (очевидно на отметке 1835).
    13 сентября 1942 года ночью в сильный мороз отряд НКВД капитана Юрченко прошел Ирикский ледник. Инструктор - альпинист Александр Сидоренко прощупывал ледорубом каждый метр пути. Через многочисленные трещины перебирались по доскам, которые несли с собой снизу из селения.
    13 сентября 1942 года утром отряд НКВД капитана Юрченко достиг высоты 4200 м., т.е. на один уровень с захваченным немцами «Приютом Одиннадцати».
    13 сентября 1942 года укрываясь от немецких наблюдателей отряд НКВД капитана Юрченко провел дневку на ледовом поле .
    13 сентября 1942 года ночью начался сильный снежный буран который не дал возможности завершить задуманную операцию.
    14 сентября 1942 года утром капитан Юрченко отдал приказ об отходе отряда.
    14 -15 сентября 1942 года отряд НКВД капитана Юрченко возвращается в Баксанское ущелье.
    16 сентября 1942 года от командования задачу зайти с фланга на «Приют Одиннадцати» получает отряд НКВД майора И. А. Церетели (то-же отряд из Особой группы отрядов НКВД).
    16 сентября 1942 года отряд НКВД майора И. А. Церетели начал выдвигаться со стороны ущелья реки Ирик до «Ледовой базы», но были застигнуты бураном и вернулись в Баксанское ущелье.
    Т.е запланированное на 14 и 18 сентября 1942 наступление на «Приют Одиннадцати» отрядов из Особой группы отрядов НКВД не состоялось.
    Должны ли были совместно с отрядами НКВД капитана Юрченко и майора Церетели И.А. наступать на «Приют 11» и подразделения 897 горнострелкового полка не известно. И мог ли захватить отряд из 100 чел. опорный пункт на «Приюте Одиннадцати» на котором по данным РККА находилось до 2-х рот пехоты с 11-ти станковыми пулеметами и 8 минометами (см. карту-схему). По немецким данным не более 120 егерей с пулеметами, минометами и одним горным орудием. На вновь занятых базах и перевалах располагались силы примерно от взвода до одной-двух рот.
    По другим данным (см. Кази-Магомет Алиева) немцев на приюте тогда вообще не было (что вполне вероятно, посколько держать на такой высоте в климатических условиях сентября 200 егерей достаточно сложно и нецелесообразно. Также надо учитывать, что перед 1 G.D. ними была поставлена задача не оборонять Эльбрус, а взять Туапсе и 1-й Высокогорный батальон под командованием майора Райзингера прикомандированный к этой горнострелковой дивизии генерала Ланца был переброшен именно под Туапсе).
    Историк Кази-Магомет Алиева в своей книге пишет, что один из советских отрядов подошел к «Приюту Одиннадцати» и обнаружив, что там немцев нет, занял этот приют. Но немцы, вернувшись на приют, обезоружили этот отряд.
    Очевидно после этого и увеличили гарнизон Эльбрусского участка до 2-х рот, и развернули сеть опорных пунктов «Аист», «Тракторная дорога», «Кругозор», «Вершина скалы», «Чипер-Азау», «Перевал Азау», «Перевал Хотю-Тау» и почти у самой седловины Эльбруса «Аистиное гнездо», потому что с Эльбрусского участка могли контролировать район Азау и часть Баксанского ущелья.
    Противостояла егерям в Приэльбрусье советский 897 – й горнострелковый полк (897 гсп). Его подразделения обошли немецкие опорные пункты на 105 пикете и Ледовой базе и атаковав заставили находившихся там егерей уйти к «Приюту Одиннадцати" и Перевалу Конрада (Хотю - Тау)
    В конце августа и в первой половине сентября 1942 года были нейтрализованы попытки немцев небольшими силами спуститься в долину Азау и продвинуться ниже базы Кругозор. В дальнейшем егеря оставили эту базу, а 897 гсп. оборудовал опорный пункт на скала между ледником Азау и ледником Гарабаши на отметке 1695 (см. карту – схему) т.е выше Базы Кругозор. На этом опорном пункте разместился стрелковый 2-й стрелковой роты 897гсп. и минометный взвод. Второй опорный пункт 897 гсп. находился на скалах (отметка 1835 м.) у верховья ледника Терскол (см. карту-схему) выше Ледовой базы.
    В сторону «пятигорья» направились для разведки специальные отряды из 8-го моторизованого полка войск НКВД, в составе которого находились альпинисты Л.С.Кропф, В.П.Никитин, К.В.Федоренко, В.Л.Ломако, Х.ч.Залиханов, А.И.Сидоренко.
    1 сентября 1942 года Северо-Кавказский фронт преобразован в Черноморскую группу войск под командованием генерал-полковника Я.Т.Черевиченко.
    Для ликвидации немцев на Санчаро, захвату их коммуникаций в долине р.Теберда, р.Кубань и перевала Клухор выделили один полк 2-й гвардейской стрелковой дивизии, а также 5-ть отрядов численностью до 1000 человек. Командование группой и руководство операцией возлагалось на майора Ш.О.Церетели, начальником штаба назначен майор Никифоров. Штаб находился в селении Нижний Баксан ( ныне г.Тырнынауз Кабардино-Балкарии).
    5 сентября 1942 года Гитлер направил Гальдеру новый план захвата Кавказа: после захвата Новороссийска немедленно перегруппировать силы для наступления на Туапсе.
    На перевалах от Клухора до Чипер-Азау остались небольшие отряды егерей.
    Вышедший к перевалу Марух 810 стрелковый полк 394 сд под командованием майора В.А.Смирнова и 2-й батальон 808 –го сп 394 сд под командованием капитана В.Р.Татарашвили под ударами сводной группы подполковника Вермахта Айсгрубера состоявшей из 2-го Высокогорного батальона и 1-го батальона 98-го горнострелкового полка отошли на перевал, а затем сдали его.
    9 сентября 1942 года по одному батальону 155-го и 107-й стрелковых бригад, 2-го Тбиллиского пехотного училища, артдивизиона вместе с 810-м сп 394 сд пытались до наступления холлодов в октябре отбить у немцев этот перевал, но безуспешно.
    9 сентября 1942 года командующий группой армий «А» генерал-фельдмаршал Лист был снят со своего поста.
    16 сентября 1942 года немцы оставили перевал Чамашха.
    18 сентября 1942 года пришедшая из Сванетии 242 горно-стрелковая дивизия полностью сменила 63-ю кавалерийскую дивизию.
    В районе Эльбруса, в долине Нескры, на перевалах Донгуз-Орун и Басса боевые действия вел 897-й горнострелковый полк майора П.И.Сироткина. Он имел 5 стрелковых рот, роту автоматчиков, пулеметную, 2 минометные и саперные роты, батарею 76,2 –мм горных пушек, взводы пешей и конной разведки. В составе полка насчитывалось 1300 бойцов и командиров. Там же находились подразделения из 8-го моторизованного полка НКВД и 28-го отдельного армейского батальона.
    На перевале Бечо развернулись подразделения 900-го горнострелкового полка майора Л.Д.Гагишвили, а горные проходы Местиа, Твибер, Цаннер оборонял 900 гсп совместнос 5-м ОГСО. В резерве находились 903 гсп и 769-й горные артполки, а также некоторые подразделения из 214-го кавполка 63-й кавалерийской дивизии.
    19 сентября 1942 года советские войска вышли на гребень перевала Нахар, но взять этот перевал и перевал Клухор в 1942 году не удалось.
    20 сентября 1942 года 242-я горнострелковая дивизия полковника Г.Г.Курашвили выдвинулась на Эльбрусское направление, заняв линию обороны от реки Нескрыра до перевала Верхний Цаннер (120 км.). Глубина обороны дивизии включала берега реки Ингури и город Зугдиди.
    Боевые действия в районе Эльбруса, в долине Ненскрыры, на перевалах Донгуз-Орун и Басса вел 897-й горнострелковый полк майора П. И. Сироткина. В составе полка насчитывалось 1300 бойцов. Сюда же был придан 6-й отдельный горнострелковый отряд, который возглавлял старший лейтенант И. Ф. Леошко, а старшим инструктором военного альпинизма Н. П. Моренец. Перевалы Бечо, Ax-Су, Местийский, Твибер, Семи, Верхний и Нижний Цаннер оборонял 900-й горнострелковый полк с приданным ему 5-м отдельным горнострелковым отрядом.
    В целом на Эльбрусском участке и перевалах против частей и подразделений 242-й горнострелковой дивизии РККА действовали два усиленных батальона 99-го грноегерского полка (99 GJR 1-й горнострелковой дивизии «Эдельвейс» 1 G.D.) Горный батальон егерей состоял из пяти рот, в том числе одной пулеметной, и насчитывал в своем составе около 900 человек. На его вооружении находилось 10 станковых и 36 ручных пулеметов, девять 55-миллиметровых и шесть 81-миллиметровых минометов, два 75-миллиметровых горных орудия. В батальон входил саперный взвод.
    21-25 сентября 1942 года из кавалеристов 214-го кп, которые поступили в оперативное подчинение командиру 242 гсд, и бойцов 897 гсп был создан специальный отряд численностью «102 человека из числа лучших бойцов 1-го эскадрона 214-го кп (30 человек) и остальных из стрелковых рот 897 гсп. На вооружении имелось не менее 25 автоматов, 4 ручных пулемета, два 50-мм миномета и 5-6 снайперских винтовок. Командиром был назначен заместитель командира эскадрона 214 кавалерийского полка лейтенант Г.А.Григорьянц. Полный список специального отряда отсутствовал.
    24 сентября 1942 года на должность начальника Генерального штаба сухопутных войск вместо Гальдера назначен генерал К.Цейтлер, бывший до этого начальником штаба группы армий «Запад».
    26 сентября 1942 года специальный отряд (рота) лейтенанта Григорьянца Г.А. начала выдвигаться из Баксанского долины к «Ледовой базе» и затем к отметке 1773 (немного ниже опорного пункта РККА на отметке 1835).
    27 сентября 1942 года в 17.00 на командный пункт немецкого Эльбрусского участка обороны (располагался в метеорологической станции возле «Приюта Одиннадцати» камандир - майор Ханс Майер) поступили донесения с опорных пунктов «Аист», «Тракторная дорога», «Кругозор», «Вершина скалы», «Чипер-Азау», «Перевал Азау» и «Перевал Хотю-Тау» о наступлении бойцов РККА.
    27 сентября 1942 года в 21.00 по немецким позициям был открыт огонь, который достигал и
    командного пункта. Под прикрытием пулеметного и минометного огня с бойцы РККА приближался почти вплотную (за 100 метров) к позициям опорных пунктов, но залегли под огнем немецких пулеметов и минометов. Григорьянц дважды поднимал бойцов, продвинулись почти вплотную к немецким позициям потеряв 3/4 личного состава (60 – 75 бойцов). Сам командир роты был ранен в ноги.
    Очень сомнительно, что это была лобовая недавно сформированной не имеющей даже полного списка личного состава стрелковой роты РККА под командованием офицера недавно получившего звания лейтенантское звание (в 1929 году был осужден за убийство жены, с 1929 по 1933гг. был в заключении. Судимость снята постановлением Президиума Верховного Совета СССР, перед войной работал зав.парикмахерской Ашхабадского банно-прачечного комбината
    ) на находившихся выше в обороне две роты горных егерей (gebirgsjaeger воевавших уже 4 года, - с 1939) со станковыми пулеметами MG – 34 в каждом взводе и усиленных батареей горных орудий.
    Вероятно ее задачей, точно-так же как и задачами ранее пытавшихся организовать атаки на «Приют Одиннадцати» отрядов НКВД было выйти выше «Приюта Одиннадцати» и ночью внезапно атаковать этот опорный пункт. Днем по ледовому полю перед немецкими позициями эта рота передвигаться не могла. К этому времени егеря отразили атаки приданных 242-й гсд частей. Ночью то-же, потому что не имела инструкторов-альпинистов знавших эти ледовые поля. Попробовали вечером под прикрытием тумана проскочить перед немцами. Часть попала в расселины. Остальные были убиты, ранены и за ночь замерзли.
    27 сентября 1942 года в 23 часа со стороны специального отряда (роты) лейтенанта Григорьянца прекратился огонь. . И этой роты (отряда) через опорный пукт на отметке 1835 и затем в Баксанскую долину вернулось всего 4 человека.
    Атаковали вероятно и с опорного пункта 897 гсп. расположенного на отметке 1695 (впоследствии на ледовом поле возле отметки 1861 были найдены тела бойцов ). Взять перевалы Чипер и Чипер-Азау не удалось.
    28 сентября 1942 года в 4.00 часа
    утра началась атака на самый высокий немецкий пост охранения «Гнездо Аиста» у восточного склона Эльбруса на отметке 4800 метров. Это могли быть только бойцы одного из отрядов НКВД (из Особой группы отрядов НКВД) которые с помощью инструкторов - альпинистов А. Сидоренко, В. Кухтина и Н. Маринца на 500 метров выше «Приюта Одиннадцати» очевидно с той-же задачей которая была поставлена инструкторам-альпинистам В.Кухтину и Р.Шпицеру из отряда НКВД капитана Юрченко и инструкторов-альпинистов отряда НКВД майора Церетели И.А. водрузить на Восточной вершине Эльбруса советский флаг. Но немцы на пути к этой вершине на отметке 4800 (отметка вершин 5642 и 5621 метров) поставили пост охранения который не дал инструкторам-альпинистам с сопровождающими их бойцами (вероятно 20 чел.) отряда НКВД выполнить это задание.
    Так что прав был майор Ханса Майера (Hans Maier) что, «нам противостоит группа опытных альпинистов». Отряд был вооружен автоматическим оружием, бойцы имели масхалаты, и по крайней мере инструкторы-альпинисты необходимое горное снаряжение. А альпинисты Сидоренко и Кухтин в сентябре 1942 г. дважды (13 и 28 сентября 1942 г.) в качестве инструкторов-альпинистов отрядов НКВД несмотря на то, что Приют Одиннадцати был занят немцами, поднимались почти до седловины Эльбруса).
    Вторая группа этого отряда НКВД под командованием старшего лейтенанта Максимова (вероятно 80 чел.) атаковала немецкие позиции. Атаковать раньше (вечером 27 сентября 1942 г. она не могла, потому что находилась на леднике Азау т.е. ниже Приюта Одиннадцати. Поддерживали атаку этой группы минометчики (очевидно из опорного пункта 897 гсп. на отметке 1695), с большим запасом боеприпасов огонь которых корректировал «опытный наблюдатель».
    28 сентября 1942 года к 5.00 утра
    немецкая ударная группа из отряда майора Ханс Майер , пройдя по леднику, через расселины и обрывы, зашла в тыл этой атакующей группы из особого отряда НКВД (стрелковая рота Григорьянца к тому времени уже погибла, а группа с иснструкторами-альпинистами пыталась уничтожить опорный пункт «Гнездо Аиста»), которые засели у впадины в леднике. Атаковать немцы их не стали, а отрезали пути отхода. К окруженным отправили одиного из русских добровольных помощников (хиви), находившихся у нас на службе, с предложением сдаться в плен. Этот «хиви» возвратился с двумя советскими ранеными. Подошла вторая немецкая ударная группа, по укрывшимся во впадине ударили немецкие минометы. Хиви опять предложил советским бойцам сдаться.
    28 сентября 1942 года к
    14.00 после атаки двух немецких ударных групп бой закончился. В плен было взято 57 чел. Среди них был командир — старший лейтенант, до войны работавший проводником на Эльбрусе. Это был старший лейтенант Максимов (лейтенант Григорьянц попасть в плен на этом участке немецкой обороны не мог). Это совсем другая высотная отметка куда он добраться не мог, другой отряд советских бойцов (в масхалатах и вооруженных автоматами которые чтобы попасть на место этого боя шли через ледовое поле трое суток. К тому времени он, раненый вечером 27 сентября 1942 г. или умер от ран или замерз).
    Но то что найденный на леднике лейтенант с татуировками это Григорьянц
    Гурен Агаджанович может не совсем соответствовать действительности. Во - первых тело нашли не там где на карте-схеме обозначено место гибели 1-й стрелковой роты 897 гсп. которой командовал Григорьянц. Во – вторых и в атаковавшем 27 сентября 1942 г. стрелковом взводе 2-й стрелковой роты 897 гсп. и в атаковавшей группе ст. лейтенанта Максимова из особого отряда НКВД могли быть лейтенанты которые погибли в этих атаках или попали в расселину и забирать их оттуда было некому.
    28 сентября 1942 года генералом И.Н.Биязи (Управление формирования Закавказского фронта) подписан приказ о создании Школы военного альпинизма и горнолыжного дела Закавказского фронта. Место дислокации городок Манглиси, затем спортивная база ДСО «Динамо» в поселоке Бакуриани Боржомского района Грузинской ССР. Первые преподаватели - альпинисты школы: Евгений Абалаков, Иван Черепов, Яков Аркин, Павел Захаров. Поднее пибыли Геннадий Фомин, Иван Рожков, Евгений Колокольников, Борис Медведев, Игорь Стопани, Андрей Малеинов, Алексей Малеинов, Валентин Коломенский, Константин Кралов, Рая Александрова, Вера Смирнова, Анна Просветова и др. Одной из основных задач школы была горная подготовка инструкторов для Отдельных горно-стрелковых отрядов (ОГСО).
    конец сентября 1942 года немцы атаковали на Клухорском перевале привлекач к боям на этом участке итальянских альпийских стрелков «Белая лилия». Под Туапсе была отправлена сводная горнопехотная группа «Ланц» сформированная из частей 1-й и 4-й горнострелковых дивизий 49-го горнопехотного корпуса.
    В Приэльбрусье остался 99-й горнопехотный полк, 1-й и 2-й дивизионы из 79-го горновьючного артполка, разведбатальон, противотанковый дивизион под командованием полковника фон Ле-Сюра.
    В 4 G.D. командира генерала Эгельзеера сменил Кресс, бывший до этого командиром 99 GJR/

    октябрь 1942 года бойцы 5-й роты 897-го горнострелкового полка были засыпаны снегом на перевале Бечо, в ущелье Ненскрыра и под перевалом Чипер в результате сильного бурана, продолжавшегося четыре дня, Помощь подоспела к ним только на шестые сутки. Но к этому времени 23 солдата погибли от переохлаждения, а 163 - имели серьезные обморожения.
    начало октября 1942 года 1-й Отдельный горнострелковый отряд (ОГСО) на Клухорском направлении совместно с 12-м ОГСО сменили подразделения 815-го стрелкового полка 394-й стрелковой дивизии.
    середина октября 1942 года новый командующий 46-й армией генерал-майор К. Н. Леселидзе лично поставил разведчикам 1-го отряда задачу: перейти незаметно через Главный Кавказский хребет на его северные склоны и проникнуть в глубокий тыл противника на дорогу, идущую из Теберды через «Северный приют» на Клухор. По этой единственной коммуникации шло снабжение фашистских войск, занимавших Клухорский перевал. Десять суток разведчики из засад нападали на немецкие транспорты, что способствовало наступлению войск РККА с юга на Клухорском направлении.
    20 октября 1942 года из-за холодов активные действия с обеих сторон в Приэльбрусье прекратились. Гарнизоны РККА на Бассе, Донгуз-Оруне и Бечо сократились до 60 человек. На Местиа, Твибере и Цаннере оставались заставы в 20-25 бойцов. Только авиация 366-го авиационного полка продолжала бомбить немецкие позиции. В т.ч. «Приют Одиннадцати» и приют на седловине Эльбрусса.
    октябрь – ноябрь 1942 года немецкие войска ниже поселка Нижний Баксана (ныне город Тырнынауз) обошли находившиеся в Баксанской долине советские подразделения. Находившиеся на руднике запасы молибденовой руды через перевал Бечо (с помощью альпинистов Юрия Одноблюдова, Александра Сидоренко, Алексея Малеинова, Григория Двалишвили, Николая Маренца и Виктора Кухтина выполявших приказ полковника Курашвили из штаба 242-й горнострелковой дивизии) 1500 работавших на руднике шахтеров и жителей поселка перенесли в Закавказье. Выведено также и 230 детей. Шахты рудника взорвали. Немцы без боя заняли поселок Терскол, Заюково и всю Баксанскую долину. С Эльбрусского участка они то-же ушли в долину. Зимой на такой высоте не то что воевать, а просто находиться длительное время физически невозможно.
    6 ноябрь 1942 года 242-й горнострелковая дивизия генерала Купарадзе начала отход из Баксанской долины через перевал Донгуз-Орун. Пробивал дорогу через этот перевал Моренец.
    первые числа ноября 1942 года спустившиеся с ледового поля Эльбруса в Баксанское ущелье «Группа 80» с альпинистом Сидоренко обнаружив, что в селениях Эльбрус и Тегенекли советских войс уже нет решили выходить к перевалу Донгуз-Орун. Несколько дней были в домике бывшего ветеринарного поста. У перевала Донгуз-Орун встретил Одноблюдова. Затем Сидоренко получил приказ спуститься в Местию – административный центр Сванетии где встретил Малеинова, Кухтина и Моренца.
    Сидоренко остался в Местии в распоряжении штаба 900-го горнострелкового полка.
    Разведгруппе лейтенанта Малеинова приказали обследовать ледники Дзинар, Ласхедар, пройти Твибер и другие перевалы.
    22 ноября 1942 года генерал-полковник Эвальд фон Клейст вступил в должность командующего группой армий «А».
     
    Последнее редактирование: 5 сен 2017
    Nina, Tangel и slepmehanik нравится это.
  4. nestor Administrator Команда форума

    Сообщения:
    925
    Симпатии:
    3.052
    продолжение "Хроники боевых действий на Кавказе в 1942-1943 годах"
    6 января 1943 года из штаба Закавказского фронта поступил подписанный генерал-майором И.А. Петровым приказ за № 17/9 командиру 897-го горнострелкового полка майору П.И. Сироткину: «Инструктор альпинистского отделения опергруппы штаба Закфронта – мастер спорта СССР по альпинизму мл. лейтенант Н.А. Гусак в течение ближайших дней организует и проводит восхождение на обе вершины Эльбруса для ликвидации немецко-фашистских вымпелов и установления государственных флагов СССР. Подготовка и организация группы возлагается на Вас и мл. лейтенанта тов. Н.А. Гусака. Начальником группы назначается Н.А. Гусак. Ввиду политической значимости мероприятия, обеспечить мл. лейтенанту Н.А. Гусаку тщательную подготовку группы из 4-5 человек, им отобранных инструкторов альпинизма и партизан Верхней Сванетии.». От политического управления фронта к группе были прикомандированы старший лейтенант В. Лубенец и фронтовой кинооператор инженер-капитан Н.А. Петросов. Аналогическое предписание получил и лейтенант Н.А. Гусак – один из самых опытных альпинистов, участвующих в боях по обороне и освобождению Северного Кавказа.
    Выходили тремя группами: первая группа под командованием лейтенанта Николая Афанасьевича Гусака шла из Сванетии через перевал Бечо и Донгуз-Орун в составе лейтенантов Георгия Однолюбова и Александра Сидоренко, старшего лейтенанта Бориса Грачёва, бойцов Сванского партизанского отряда братьев Хергиани – Габриэля и Бекну, а также радиста Виктора Кухтина. Именно на группу Н.А. Гусака, состоящую из альпинистов 242-й горно-стрелковой дивизии, делало ставку командование Закавказским фронтом. Именно на Н.А. Гусака возлагалась основная задача при любых обстоятельствах водрузить флаги СССР на Эльбрус.
    Вторая группа двигалась тем же маршрутом. Ею руководил Николай Моренец. Под его началом состояли лейтенанты Андрей Грязнов и Анатолий Багров, воентехник 2-го ранга Николай Персиянинов, техник 2-го ранга, выполняющая обязанности радиста, Любовь Коротаева, младшие лейтенанты Георгий Сулаквелидзе и Алексей Немчинов.
    Третью группу, которая должна была по Военно-Грузинской дороге, через Крестовский перевал попасть в Нальчик, а оттуда в Баксанское ущелье, возглавил военный инженер 3-го ранга А.М. Гусев, к этому времени только выписавшийся из госпиталя, где находился по поводу травмы позвоночника. В его группу вошли: старшие лейтенанты Евгений Белецкий и Виталий Лубенец, воентехник 2-го ранга Евгений Смирнов, лейтенант Леонид Кельс и кинооператор Никита Петросов. Общее командование объединённым отрядом было поручено А.М. Гусеву. Встреча всех трёх групп была назначена на высоте 4200 метров в «Приюте одиннадцати».
    7 января 1943 года, когда стало ясно, что немцы для того чтобы не попасть в «котел», ушли из Приэльбрусья на Кубань без боя через Баксанскую долину, два полка 242-й горнострелковой дивизии и части обеспечения начали перебазирование в район Туапсе. В Приэльбрусье остались: полк майора Сироткина, усиленный двумя горновьючными ротами, два наших горнострелковых отряда (5-й и 6-й) и подразделение 25-го полка внутренних войск.
    4 февраля 1943 года, 17:30. Из Баксанского ущелья поднялись на «Кругозор». Строений не было. На морене выше здания «Интуриста» ряд немецких землянок. Встретили группу Николая Моренца.
    8 февраля 1943 года, 10:00. Вышли на «Приют одиннадцати». В 14:30 увидели «Приют». Над ним летает стая ворон. Никаких следов и признаков жизни. Грязнов и Бену из карабинов сделали несколько выстрелов в сторону «Приюта». Только вороны вспорхнули и улетели. В 15:15 подошли к приюту. Из комнаты на 2-м этаже выбросили снег. Вставили стекло и фанеру. Затопили печку. Хорошо поужинали.
    9 февраля 1943 года. С утра тихо и ясно. Только бы идти на вершину! Отдыхали…, с полудня усилился ветер. Минус 20.
    10 февраля 1943 года Низкая облачность, снегопад, метель. В 10:15 вышли в разведку на «Ледовую базу». В 11:30 были у цели. День ясный. Готовились к выходу на вершину: затачивали зубья кошек, штычки ледорубов, шили защитные маски, меховые носки. Выход назначили на 2 часа ночи. Вечером Гусак видел на плато трёх человек… Это оказалась группа А.М. Гусева. Экипировка состояла из полушубков, валенок, ледорубов, стальных «кошек», с четырьмя зубьями, в лучшем случае – с шестью и защитных, в основном самодельных, тёмных очков и меховых масок. Из всего отряда лишь А.М. Гусев и Н.А. Гусак поднимались на Эльбрус зимой. Всего на счету, например, Гусака было 13 восхождений (из них 7 – зимой), у Гусева – 12.
    13 февраля 1943 года в 2.30 группа Николая Гусака в составе А. Сидоренко, Е. Белецкого, братьев Хергиани и Е. Смирнова начала подъём на западную вершину Эльбруса на высоту 5642 (по некоторым данным 5633 метра).
    Александр Игнатьевич Сидоренко: «…в условиях крайне плохой видимости поднялись, как показалось на вершину, установили флаг. А когда стали спускаться, зоркие глаза охотника из Сванетии Бекну Хергиани, в белой пелене облаков разглядел две точки: «Вершина там и флаги фашистские там! Что будем делать?». Николай Гусак разрешил двум добровольцам: старшему инструктору по альпинизму 900-го горнострелкового полка Александру Сидоренко и бойцу сванского партизанского отряда Бекну Хургиани идти вверх, а остальным спускаться вниз. Сам остался их ожидать. Сидоренко и Хургиани поднялись к триангуляционной вышке на самой вершине. Здесь развевались потрёпанные ветрами остатки двух фашистских военных флагов. Сняли обрывки флагов. Установили советский флаг. Тура и записки гитлеровцев не нашли. Написали свою записку (в 1956 году эту записку нашли альпинисты, совершившие восхождение на Эльбрус; она хранится в музее альпинизма в Кабардино-Балкарии). Стали спускаться, ориентируясь на выстрелы из автоматов из базового лагеря». Оператора в группе Н. Гусака не было, и соответственно съёмок подъёма на Западную вершину Эльбруса быть не может. Есть лишь одна фотография, на которой Н. Гусак у флага на вершине. Эта фотографию, как и некоторые другие, связанные с походом к Эльбрусу, сделаны Александром Сидоренко.
    17 февраля 1943 года вторая группа из 14 человек под руководством А. Гусева вышла на штурм восточной вершины на высоту 5621 метра. Погода на этот раз благоприятствовала. Вот как вспоминает восхождение А.М. Гусев в своей книге «Эльбрус в огне» (М., 1961 г.): Восхождение снимал оператор Н.Петросов.
    За 8 часов альпинисты благополучно добрались до высшей точки, но на ней не оказалось ни флага, ни флагштока. Это зафиксировано в общем дневнике отряда. Спуск прошёл благополучно. Предстоял праздничный обед. Задание было выполнено в указанные сроки.
    Обрывки германских штандартов снятые с Западной вершины Эльбруса альпинисты доставили в Тбилиси и передали командующему Закавказским фронтом генералу армии И.В. Тюленеву. В штабе фронта всем альпинистам вручили награды: Н.А. Гусаку, А.М. Гусеву и Е.А. Белецкому – ордена Красной Звезды, остальным – медали «За отвагу».
    После 17 февраля 1943 года Александр Михайлович Гусев с оператором Н.Петросовым вновь поднялся на Восточную вершину Эльбруса где был снят с обрывками немецких флагов (снятых группой Н.А.Гусака с Западной вершины) которые он снимает с поломанных древков.
    Группа начальника отряда Н.А.Гусака то-же еще раз поднималась на Западную вершину Эльбруса где оператор Н.Петросов снял шестерых членов группы снимающих с этой вершины обрывки флагов.
    апрель 1943 года были расформированы последние ОГСО. 5-й горнострелковый отряд (командир — капитан Г. Е. Санакоев погибнет осенью при штурме Голубой линии гитлеровцев в Прикубанье, будучи уже командиром батальона), и 6-й горнострелковый отряд. Личный состав этих отрядов пополнил горнострелковые дивизии и части, несшие охрану побережья Черного моря, а кто-то попал в морской десант.
    9 октября 1943 года 242-я горнострелковая дивизия приказом Верховного главнокомандующего удостоена почетного наименования Таманской. На Таманском полуострове вел бои и 49-й горнострелковым корпусом Вермахта генерала Конрада, но без 1-й дивизии (1.G.D.) которую через Крым направили в Югославию, а затем в Грецию и затем опять в Югославию и Венгрию.
     
    Nina, Tangel и slepmehanik нравится это.
  5. Хожалый Oberfeldwebel

    Сообщения:
    299
    Симпатии:
    1.534
    Неплохая антология, но явный крен сделан в сторону боев на Приэльбрусском направлении. Логичнее было назвать эту подборку хроникой боевых действий в Приэльбрусье. По поводу боевых действий в кавказском высокогорье на остальных направлениях упомянуто очень схематично и коротко. Приэльбрусье, между тем, ни по накалу боевых действий, ни по числу потерь РККА и вермахта , не было крупным направлением боевых действий. По разным оценкам, наши потери на Приэльбрусском направлении составляют несколько сот погибших. На Марухском направлении наши потери составили несколько тысяч погибших. Только при штурме Марухского перевала 5 сентября 42 года немцы взяли в плен 567 наших бойцов, погибло 300 человек.
    Санчарское направление слегка упомянуто, а это было самое большое направление по территории и количеству перевалов, на которых велись боевые действия. Там немцы максимально приблизились к Черному морю.
    Про Малолабинское направление тоже одна строчка, а это было единственное направление в высокогорье, на котором немцам не удалось перейти линию Главного Кавказского хребта. Так что эту подборку еще пополнять и пополнять. Вообще логичнее было бы разделить всю хронологию по направлениям, чтобы не было " каши", как это сделано у К-М. Алиева
     
    Hellmann и Kurt Meier нравится это.
  6. Хожалый Oberfeldwebel

    Сообщения:
    299
    Симпатии:
    1.534
    И да, Приэльбрусское направление, что бы о нем у нас не писали, было для немцев наименее перспективным в смысле возможности выхода в Закавказье и к Черному морю. Они это поняли практически сразу и уже в августе перешли там к обороне, отказавшись от активных наступательных действий.
     
    Kurt Meier нравится это.
  7. nestor Administrator Команда форума

    Сообщения:
    925
    Симпатии:
    3.052

    Так оно и задумывалось, потому что эта тема о Военно - исторической реконструкции "Бой за "Приют Одиннадцати". Но разные военные альпинисты в одно и то-же время выполняли разные задачи. Видя это в целом можно более точно понять, что происходило в Приэльбрусье. Например, по лейтенанту Григорьянцу. К моменту гибели он уже не был новичком, и командовал не наспех сформированной ротой которая была собрана из необученных и неэкипированных солдат которых повели в лобовую атаку на вышерасположенные опорные пункты проффесиональных военных альпинистов даже не составив перед этим боем полный список роты. Было несколько попыток снять немецкие флаги с вершин Эльбруса, потеряли почти 300 бойцов, но ни одна попытка в 1942 -м году успехом не увенчалась. И целью было не захват Приюта Одиннадцати (немцы там особо никому не угрожали и имевшееся возле приюта одно орудие существенного ущерба нанести не могло). Цель - снятие установленных егерями штандартов.
    Так что реконструкция боя 6 августа 2017 года возле "Приюта Одиннадцати " и без реконструкции гибели специального отряда лейтенанта Григорьянца вполне аутентична и может считаться реконструкцией боя отряда ст.лейтенанта Максимова.
     
  8. nestor Administrator Команда форума

    Сообщения:
    925
    Симпатии:
    3.052
    Карты-схемы боевых действий в Приэльбрусье август-сентябрь 1942-го, седловина Эльбруса и одна из схем восхождения на Эльбрус
    1.jpg
    2.jpg
    седловина Эльбруса.jpg
    маршрут Гроса.jpg